Если европейские площадки традиционно спорят о регуляторных барьерах и дороговизне заводов, то страны Латинской Америки (где сосредоточено около 50 % мирового биоразнообразия и 23 % лесов планеты) делают ставку на свои главные козыри – природный потенциал и дешёвую биомассу.
Смысл выбора площадки ёмко сформулировал секретарь Национального секретариата по науке, технологиям и инновациям Панамы (SENACYT) Эдуардо Ортега‑Барриа:
«Веками Панама соединяла океаны, континенты и народы. В 2028 году мы хотим соединить и мировое сообщество биоэкономики. Это будет не просто саммит в Панаме — мы хотим сделать его платформой для всей Латинской Америки, чтобы показать миру наше биоразнообразие, науку, бизнес и сформировать новые партнёрства в инвестициях и устойчивом развитии».
Регион больше не хочет оставаться сырьевым придатком, поставляющим сою и тростник. Как отметил эксперт Межамериканского института сотрудничества в области сельского хозяйства (IICA) Уго Чаваррия, «…настоящим наследием станет приход к 2028 году более интегрированного региона — с новыми проектами и гораздо более сильным голосом в глобальной биоэкономике. Панама‑2028 должна показать, что наш регион готов не просто участвовать в этом разговоре, но и созывать его, вести за собой и превращать в реальные инвестиции».
Для России перенос фокуса в Латинскую Америку открывает практические перспективы: это нейтральная и прагматичная площадка для диалога по линии БРИКС+, технологических альянсов в АПК и взаимного трансфера биотехнологий.
А пока мировая повестка берёт курс на 2028 год, базовые ориентиры отрасли формируются прямо сейчас. Подробные разборы прошедшего европейского форума читайте в эксклюзивных материалах «Новостей биоэкономики»:
Итоги первого дня саммита (старт форума, участие российских учёных и «Видение‑2040»).
Итоги второго дня саммита (запуск европейского Альянса сбыта, стратегия Ирландии и преодоление барьеров масштабирования).
