В четверг утром министр сельского хозяйства Казахстана Айдарбек Сапаров представил программу форсированного развития аграрной биоэкономики: суммарная глубокая переработка зерна в стране должна вырасти с текущих 510 тыс. тонн до 5,8 млн тонн сырья в год.
В работе – пакет из шести крупных инвестпроектов общей стоимостью порядка $4 млрд (в Туркестанской, Жамбылской, Костанайской, Акмолинской областях и Астане). В их числе – масштабные биотехнологические заводы с участием китайского лидера промышленной ферментации Fufeng Group.
В чём экономическая логика?
Страна упирается в логистический тупик при экспорте фуража и сырого зерна: тарифы и расстояния «съедают» маржу. Единственное спасение зернового баланса – переход от сырьевой модели к промышленной биоэкономике, перерабатывая урожай на месте в компактную продукцию высоких переделов:
крахмалопродукты, сиропы и патоку;
пшеничный глютен (клейковину);
незаменимые аминокислоты (лизин, глутамат) и биоэтанол.
Что это значит для России: конкуренция или партнёрство?
Для отечественных заводов глубокой переработки (таких как тюменский «АминоСиб», белгородский «Завод премиксов № 1» или достраивающийся ростовский «ДонБиоТех») это серьёзный вызов. Российский рынок пшеничного глютена (около 80 тыс. тонн в год) и кормового лизина (порядка 150 тыс. тонн) уже близок к насыщению, поэтому новым мощностям необходим экспорт.
Казахстан, запуская заводы в партнёрстве с мировым биотех‑гигантом Fufeng, получает короткое транспортное плечо и сможет перехватить у российских компаний поставки в Центральную Азию, Иран и Китай.
С другой стороны, внутри ЕАЭС это открывает путь к технологической кооперации: российские производители могут закрывать потребности новых площадок в ферментах и штаммах, сообща выстраивая единый контур региональной биоэкономики и вытесняя западный импорт с пространства СНГ.
Для рынка Евразии это чёткий сигнал: окно возможностей по импортозамещению и экспансии в Азию сжимается, а соревнование за глубокий передел биомассы становится главным трендом АПК.
